• ban1
  • ban2
  • ban3
  • ban4
  • ban5
  • ban6
  • ban7

Научные статьи

Активные процессы в современном русском языке (лексике, грамматике, фонетике) в условиях смены коммуникативной парадигмы

Балыхина Татьяна Михайловна

доктор педагогических наук, профессор,  академик Международной академии наук педагогического образования, академик Международной академии наук высшей школы, член Нью-Йоркской Академии наук,  член-корреспондент РАЕ.

Декан ФПКП РКИ РУДН

В любом языке заложено стремление к изменениям. Однако если раньше источником нормы была художественная литература, в ней черпал свои ресурсы язык (поэтому он и называется литературным), то сейчас ситуация изменилась. Русская речь во многом обновляется через язык СМИ, разговорную сферу. Телевидение, радио становятся законодателями речевой моды, воспитателями языкового вкуса – нередко невысокого класса. В месте с тем и сами новшества принимают не все, есть пример и из истории: современникам Пушкина многое не нравилось в его языковых находках, так до полного неприятия доходили нападки на язык поэмы «Руслан и Людмила».

На языковые процессы, особенно на расширение словаря, влияет развитие науки, техники. Приведем для сравнения такие цифры: словарь произведений А.С. Пушкина насчитывает 21 тыс. словоупотреблений, Вильяма Шекспира – 24 тыс., а в последнее издание словаря С.И. Ожегова включено 80 тыс. слов и выражений. В то же время развитие электроники, компьютерных технологий привело к появлению 60 тыс. наименований; в химии, по данным Н.Л.Васильева, насчитывается около 5 млн. номенклатурно-терминологических наименований.

Интересно с учетом сказанного выше проанализировать, какие процессы происходят в современном языке, как они стимулируются – внешними или внутренними тенденциями, культурно-языковыми законами? Рассмотрим внутренние законы языка.

Один из них – закон системности; другой – закон традиций, сдерживающий инновации; далее – закон аналогии, подрывающий основы закона традиций, действуют также законы экономии (наименьших усилий в выражении мысли) и противоречий (готовящий как бы «взрыв» изнутри).

Примером закона традиции можно считать сохранение ударения в словах включить – включит, звонить – звонит.

Закон аналогии, т.е. уподобление одной формы другой, действует, к примеру, в случае читать – читаю и махать - махаю (разг.) вместо машу.

Закон речевой экономии проявляется в употреблении, особенно в устной речи, простых форм вместо сложных: гречневая крупа – гречка; Брат сказал, что приедет отец. – Брат сказал о приезде отца; он проявляется и в аббревиатурах: вуз, РУДН и т.д.

Действие закона противоречий, к примеру, можно наблюдать в том, что меняются наименования родства, вместо деверь – брат жены, шурин – брат мужа; в устной речи появляются признаки письменной и даже её символика: человек с большой буквы, доброта в кавычках.

Всё сказанное выше обусловило изменения на разных уровнях (ярусах) языковой системы, в частности на фонетическом уровне. Один из случаев – усиление буквенного (графического) произношения. Так, вместо [шн] в подавляющем большинстве слов произносится [чн]: булочная, перечница, кроме слов конечно, скучно, нарочно, яичница и женских отчеств типа Ильинична. Произношение победило написание ё: маневр (вместо манёвр), блеклый (вместо блёклый). Иногда язык не приходит к окончательному выбору нормы произношения, образуется варианты типа творог – творог, боржом – боржоми, бриллиант – брильянт и др.

 Обнаруживается тенденция к ритмическому равновесию при постановки ударения. Помните у А.С. Пушкина в «Евгении Онегине»: «Имел он счастливый талант …» (сейчас счастливый). Ударение все чаще смещается к середине слова: сахар – сахаристый (раньше) – сахаристый (сейчас), золото – золотистый и др.

Как известно, в современный русский язык «хлынули» заимствования; при этом основной принцип заимствования – следование ударению языка-источника: в словах на –ер, -ор, -инг ударение сохраняется на первом слоге (менеджер, бартер, брифинг); в словах на –лог, если они обозначают неодушевленные понятия, лог – ударный слог, (каталог), если – одушевленные, то ударение переносится на предпоследний слог (филолог, мифолог – раньше слог лог оставался всегда ударным). То же наблюдаем в словах лексикограф, хронометр.

Безусловно, активные процессы наблюдаются и в русской лексике, фразеологии. Словарь стремительно растет, так как в последнее время, по подсчетам ученых, объем знаний, которыми располагает человечество, удваивается каждые 10 лет. Кроме того, ориентация СМИ на непринужденное общение, изменение психологического отношения к языку привели к тому, что языковые традиции жестко не сковывают человека, ослабла официальность в формах выражения, расширилась сфера спонтанного, неподготовленного общения. Официальные лица уже не говорят «по бумажке», отказались от «ритуального языка». Вместе с тем речь многих людей, особенно публичных, далека от совершенства. Это и вызывает опасения по поводу языковой «порчи».

Перечислим наиболее заметные тенденции в лексике:

1) уходят из употребления целые пласты лексики, обозначавшие советские реалии: колхоз, соцсоревнование;

2) возвращаются в активный словарь историзмы, периферийная лексика, при этом происходит их стилистическая переоценка: бизнес, предприниматель, торги;

3) создается новая фразеология: дикий рынок, отмывание денег, лицо кавказской национальности, новые русские и др.;

4) создается новый политический словарь: аграрный социализм, минипутч и др.;

5) формируется «знаковый» словарь эпохи: крутой (о богатом бизнесмене), облом (неудача), тусовка (общение), разборка (сведение счетов, выяснение отношений), беспредел (уголовный жаргон – бунт в зоне) – при этом многие слова пришли из жаргонов и – в отличие от их литературных синонимов – подчеркивают степень проявления какого-либо признака;

6) благодаря рекламе возникают новые штампы, клише: рекламная пауза, сладкая парочка и др.;

7) расширились значения частотных слов клуб, дом: диско-клуб, бизнес-клуб, торговый дом, Торговая палата;

8) происходит деидеологизация и деполитизация лексики: предприниматель означало раньше капиталист, делец (отрицательная коннотация) – сейчас имеет значения владелец предприятия, фирмы, деятель в экономической, финансовой среде (нейтральное и даже «приподнятое» значение);

9) переосмысливаются значения слов, происходит расширение, сужение значений, метафоризация: позвоночник лицо, получившее должность по звонку, челнок торговец привезенным товаром, подснежниктаксист-частник, захлопываниехлопать, чтобы заставить замолчать и др.;

10) возрождается лексика, относящаяся к духовным традициям: милосердие (раньше – помилование, жалость; сейчас – благотворительность);

11) создаются новомодные слова для привлечения внимания массового читателя, зрителя: знаковая, культовая фигура (важная, особая), приезды (вместо неоднократный приезд);

12) происходит либо стилистическая нейтрализация слов, либо стилистическое переосмысление. Так, утратили книжность слова достояние, деяния, евангелие (политическое евангелие), храм (храм науки), держава (слаборазвитая держава);

13) наблюдается эвфемизация слов, сокрытие их истинного смысла, смягчение фоновых знаний об этих словах: компетентные органы (вместо ЧК, НКВД, КГБ), физическое устранение (вместо убийство), пойти на крайние меры (ввести войска), зачистка населенного пункта;

14) повышается метафоричность языковых и речевых средств: коридоры власти, корабль реформ, острова тоталитаризма, вавилон идей;

15) расширяется детерминологизация специальных слов: склероз (мед. термин) совести, алгебра (матем. термин) идей, вирус (мед.) недоверия, энергетика мыслей, логика чувств, дипломатическая гигиена;,

16) вытесняются английскими заимствованиями не только русские, но и слова из других языков: сэндвич (вместо бутерброд, немец.), слоганы (вместо лозунги, немец.), хит (вместо шлягер, немец.), дисплей (вместо экран, франц.);

17) сформировался специальный язык, компьютерный, из сленга и техницизмов: байт (единица измерения информации), дисковод (устройство для чтения информации), курсор (значок на экране монитора), мышь, клава (клавиатура), Айболит (программа антивируса), квотить (цитировать), клоки (часы) и др.;

18) в бытовой, повседневной речи наблюдается взаимодействие разных подсистем языка: Вышла замуж за контингента. В доме живет лимита;

19) проявляется тенденция к огрублению речи как следствие ее раскрепощения и как реакция на негативные явления жизни: наехать (обругать), кинуть (оставить в беде), отстегнуть (дать денег).

Не менее активны процессы изменения в словообразовании, грамматике. Наиболее яркие из них следующие:

1) рост интерфиксации, т.е. появление внутреннего суффикса, который помогает «развести» неудобно сочетающиеся фонемы на стыке морфем: капотчане (жители Капотни, района г. Москвы), эмгеушник (МГУ), гаишник (ГАИ), эсенгешник (СНГ);

2) активное образование имен лиц, причем с наибольшей нагрузкой «работает» модель – на -ант: номинант, подписант, реабилитант;

3) растет класс абстрактных существительных на –ость, -изм, -фикация, -изация: выживаемость, журнализм, презентация, фермеризация;

4) наибольшую продуктивность обрели латинские приставки пост-, анти-, про- и русские после-, сверх-: постреферендумы, пророссийский, антидуховность;

5) наблюдается чересступенчатое словообразование, ср.: первый – первенство – первенствовать – первенствующий и диссидент – диссидентство – диссидентствующий, т.е. в словообразовательной цепочке отсутствует словообразующий глагол;

6) активизируется свертывание наименований: незавершенное строительство – незавершенка, Ленинградское шоссе – Ленинградка, наличные деньги – наличка и др.;

7) в результате действия закона экономии появляются «усеченные» слова: док (доктор), зам (заместитель), зав (заведующий), спец (специалист) и др.;

8) активизируется аббревиация как продуктивный способ компрессии многословных наименований: БиДе (Белый Дом), Барс (Банк развития собственности) и др.

Происходят активные процессы в морфологии, несмотря на то, что это самый глубинный, устойчивый ярус языковой системы:

1) продолжается сокращение числа падежей (конечно же, этот процесс длится столетия, он начался еще в древнерусском языке). В русском языке полностью исчез звательный падеж (сохранились формы Боже мой, Господи). Сейчас родительный падеж количества, имевший окончания на –а и –у (сахара – сахару), утрачивает форму на –у, вместе с тем утрачивается значение конкретного количества. Форма на –у утрачивается и предложным падежом, когда это возможно: в отпуске – в отпуску;

2) нарастает количество несклоняемых имен существительных на –ино, -ово: Пушкино, Шереметьево и др.; не склоняются первые части сложных наименований: диван-кроватей, в вагон-ресторане; несклоняемость распространяется и на наименования женских лиц по профессии. Несмотря на то, что женщина овладевает «неженскими профессиями, специальных наименований не создается: наша врач Иванова. Слова преподавательница, президентша, генеральша относятся либо к разговорным, либо обозначают жену по мужу;

3) наблюдаются изменения в категории рода. При наличии варианта метода – метод – женский род переходит в мужской либо происходит разграничение значений: жар (температура тела, огня) и жара (зной), карьер – карьера, кегль – кегля;

4) есть изменения в функционировании форм числа: формы множественного числа обретают абстрактные и вещественные имена: инициативы, свободы, нефти, колбасы;

5) формы сравнительной степени прилагательных тяготеют к дедукции: ясней (яснее), ответствен (отвественен).

Несколько слов об активных процессах в синтаксисе, выражающихся в использовании на письме тех или иных знаков препинания: точки, запятые, тире, двоеточия и т.д. Известное высказывание А.П. Чехова гласит: «Знаки препинания (пунктуация) есть ноты текста», оно актуально по сей день, тем более что функции современных знаков меняются.

1) Так, точка сегодня указывает не только на конец предложения, мысли; она может разрывать грамматическую структуру – явление парцелляции, связанное со стремлением передать интонации, акцентировать живую речь. Возможен отрыв придаточных предложений, однородных членов: О чем я пишу? О людях. О себе. О своих мыслях. Итак, точка – способ усиления выразительности текста.

2) Двоеточие всегда выполняло разъяснительно-пояснительную функцию. Новое качество знака – ритмико-эмфатическое (от эмфаза – выразительность), наглядно-выразительное. В современной прессе активно используется этот знак там, где он не предусмотрен правилами – для достижения краткости, броскости, рекламности: «Критика: обратная связь»; «Парламент: уроки года», т.е.дается название проблемы и конкретизирующих ее аспектов или места и событий и т.д. Двоеточие также употребляется как условный графический ограничитель, при этом часть предложения после двоеточия не воспринимается как продолжение: «Школьники: Факты против реальности».

3) Тире. Появилось в русском языке относительно недавно, в конце ХIIIV века, но активно завоевывает свои позиции, обозначая всевозможные пропуски, значения условия, времени, сравнения, следствия, сопоставления, противопоставления. Его можно назвать знаком неожиданности, подчеркивающим экспрессивность речи. Вместе с тем употребительность тире растет: а) оно конкретизирует смысл: Из разговора понял одно – он жив; б) ставится после обобщающего слова перед перечислением: Люби все – и росу, и туман, и лес …; в) занимает место запятой в сложноподчиненном предложении: Очень важно понять – что же здесь не так.

Процесс исторических преобразований в пунктуационной системе русского языка связан, таким образом, с наступательной ролью тире.

Подводя итоги, определим основные социальные факторы, определяющие развитие русского языка и изменения в нем:

Современное российское общество – это общество, в котором сложились условия «нетребовательности» к форме речи: исчезла жесткая регламентация публичных текстов; все слои общества получили формальную возможность проявить себя в общественной жизни. Наблюдается активизация политического дискурса, развитие полемических форм диалога, плюрализация коммуникативного поведения людей.

Посттоталитарная активность общества нашла взрывной выход, что приводит нередко к образованию агрессивной, грубой лексики, к увеличению веса оценочной (вульгарной) лексики, к жаргонизации речи.

«Свобода речи» расшатывает систему тематических, языковых табу, существовавших в русском коммуникативном поведении.

Уровень культуры упал во всех социальных и возрастных группах; опрос и статистика показывают: 42% признали, что им «приятно, когда говорят культурно»; 38% – отнеслись к этому безразлично, 20% – об этом не думали. 32% (преимущественно женщины) стараются соблюдать речевые нормы, 28% – никогда этого не делают, 40% – не могут ответить на этот вопрос, т.е. в обществе наблюдается в определенной степени волюнтаристское речетворчество. Нестабильность, низкий уровень жизни, безработица и др. влияют на речевую агрессивность.

Интенсивное техническое «перевооружение» быта россиян способствует распространению заимствований, особенно английских. Высокачественная современная связь – мобильные телефоны, интернет и др. – приводит к сокращению традиционной письменной речи, особенно высокохудожественной. Преобладает восприятие информации на слух и ослабление навыков понимания и интерпретации письменного текста.

Произошла смена коммуникативной парадигмы, т.е. доминирующего в обществе типа общения: на смену монологу (один говорит – все слушают и выполняют) пришел диалог как последствие преобладания устной формы речи, усиления личностного начала в общении.

Мы находимся

Контакты

117198 г. Москва

ул. Миклухо-Маклая, д. 6

Наши проекты в сети

testrf.ru 

schoolrus.ru

dis-sovet.ru

langrus24.ru

Статистика

4.png6.png1.png6.png7.png8.png

24.04.2018 03:45